Государственный Эрмитаж совместно с СПбГУ собрал на невских берегах выдающихся исследователей египетской культуры. В рамках «Петербургских египтологических чтений» выпускник Университета, заведующий сектором Древнего Востока в Отделе Востока Эрмитажа, доктор исторических наук Андрей Большаков рассказал о династии «фараонов-строителей» и их роли в развитии Древнего царства.

С точки зрения археологии, правители четвертой династии (2639—2506 гг. до н. э) являются важнейшими представителями Старого царства Древнего Египта: именно в этот период были возведены самые масштабные пирамиды в Гизе и Мейдуме (в частности – пирамиды Хеопса, Хефрена, Микерина, Снофру и другие). Возведение монументальных гробниц закрепило за четвертой династией прозвище «строителей».

Главная сложность для исследователей указанного периода кроется в почти полном отсутствии письменных источников периода четвертой династии. В этом факте, по мнению ученого, заключается проблема разделения египтологов по двум специализациям: в то время как филологи не имеют возможности работать с текстами этих времен, для археологов (музейщиков) четвертая династия представляет большой интерес из-за ценных археологических памятников.

В ходе доклада профессор Большаков отметил, что Старое царство (третья – шестая династия) отделяет от Раннего (первая и вторая династия) создание системы так называемых номов – административных территориальных единиц, начало которому было положено еще при фараоне Джосере (третья династия). Во времена четвертой династии процесс формирования номов был завершен, что позволило, во-первых, увеличить уровень управляемости на местах, а во-вторых, сделать более эффективной систему налоговых сборов.

Эксперт подчеркнул, что сегодня существует другой взгляд на сущность налоговой системы Старого царства: исследователи отмечают, что, вероятно, налоги представляли собой не получение каких-то материальных благ, а являлись инструментом перераспределения рабочей силы на территории всего государства. Именно это могло стать мощным ресурсом для строительства пирамид.

«Таким образом, та административная система, которая сложилась при Снофру, сразу же дала “материальный выход”. Если Джосер, при котором появляются первые упоминания номов, смог построить небольшую пирамиду, то Снофру, при котором формирование номов завершается, смог построить три огромные пирамиды», − пояснил Андрей Большаков.

В этот же период начинает зарождаться классическая для Старого царства система должностей, включавшая в себя тысячи постов и чинов; для того, чтобы все их занять, по оценкам специалистов, попросту не хватило бы чиновников. Ответ на вопрос «зачем египетским правителям нужно было создавать такое число должностей?» является большой загадкой для современной египтологии. «Ответ кроется в архаичном мировоззрении, которое не умеет видеть целого. Другими словами, это аспективный взгляд на мир, взгляд “в упор”. В данный момент человек занимается конкретную должность и занимается конкретным делом – и в этот миг он не то лицо, которое будет заниматься другой работой, скажем, вечером завтрашнего дня, − сообщил ученый. − Это крайне интересно, но, к сожалению, выпадает из поля зрения египтологов».

Он добавил, что при четвертой династии было создано великое древнеегипетское государство с абсолютной властью правителя, который полностью ассоциировался с богом.

Кроме того, по мнению ученого, именно к эпохе «фараонов-строителей» относится укрепление солярного культа, подчеркивающего солнечную природу фараона. Долгое время данное верование рассматривали как «нововведение» пятой династии. Профессор Большаков подчеркнул, что первые атрибуты солярного культа обнаружены именно в артефактах четвертой династии (речь идет о картуше ‒ закругленном контуре, обрамляющем текст с царским именем). Также спикер отметил, что последний фараон рассматриваемой династии, Джедефра, стал первым египетским правителем, в отношении которого был употреблен эпитет «Сын Ра», который позже прочно закрепился в царской титулатуре. Это свидетельствует не только о росте значения солнечного культа, который воплощался в фигуре Ра, но и о некой оторванности концепции «фараон – бог Хор в человеческом обличии» от реальности: биологическая природа царя совершенно не соответствовала представлениям древних египтян о бытовании бога. «Смертность царей – это не проблема: просто Хор меняет свои обличия. А вот совокупность различных более мелких вещей, которые постоянно говорят о том, что это все-таки человек, для архаичного сознания очень серьезная проблема. С позиций царской идеологии нет ничего страшнее, чем зубная боль у верховного бога», − рассказал Андрей Олегович.

Египтолог добавил, что при Хуфу (Хеопсе) гробницы начали возводиться только для членов семьи правителя. «Гиза, по сути, это некрополь царской семьи. Хеопс “отрезал” от погребения всех, кто не в его семье, − подчеркнул Андрей Большаков. − И для египтологии большая загадка, где хранили всех знатных людей, которые не были в родстве с фараоном».

 

Для информации:

Конференция «Петербургские египтологические чтения» посвящена изучению самых разных аспектов египтологии: религии и культов, истории и историографии, литературы, лингвистики и искусствоведения. В этом году научное мероприятие было приурочено  к открытию уникальной выставки «Нефертари и Долина цариц», на которой представлены экспонаты коллекции Египетского музея в Турине − крупнейшего собрания древнеегипетских артефактов.

 

Подробнее:

 

Поделиться

Наверх