Основные курсы:

  • Введение в специальность — история Центральной Азии (Т. И. Султанов, 36 часов) 
  • География Центральной Азии (З. А. Джандосова, 36 часов)
  • География Кавказа (А М. Фарзалиев, 36 часов)
  • Культура и этнография Центральной Азии (Т. В. Моносова, 32 часа)
  • Культура и этнография Кавказа (А. М. Фарзалиев, 32 часа)
  • История Центральной Азии (древность — С. Г. Кляшторный, 32 часа; средние века — Т. И. Султанов, 32 часа; новое и новейшее время — З. А. Джандосова, 144 часа) 
  • История Кавказа (С. Г. Кляшторный, 32 часа; А. М. Фарзалиев, 176 часов)
  • Литература Центральной Азии (Т. В. Моносова, 68 часов)

Специальные курсы (избранные):

  • Исламский мистицизм (суфизм) (36 часов)
  • Концепция власти в центрально-азиатских государствах XIII — XVIII вв. (Т. И. Султанов, 36 часов)
  • Книжная культура народов Туркестана (Т. И. Султанов, 32 часа)
  • История идеологических и социальных движений в средневековой Центральной Азии (А. К. Алексеев, 32 часа) 
  • Мавераннахр и Северный Афганистан в период Аштарханидов (XVI — первая половина XVIII в.) (А. К. Алексеев, 36 часов)
  • Политическая история тюрко-монгольских ханств Поволжья и Западно-Центральной Азии (XIV — первая половина XVI в.) (А. К. Алексеев, 36 часов)
  • Иран и центрально-азиатские государства в международных организациях и договорах (А. К. Алексеев, 32 часа).
  • Османо-сефевидское соперничество за Южный Кавказ в XVI–XVII вв.(А. М. Фарзалиев, 32 часа).
  • Сельджукиды Центральной и Малой Азии в X–XIII вв. (А. М. Фарзалиев, 32 часа)
  • Большая игра: Афганистан и Центральная Азия в системе международных отношений в XVIII — XXI вв. (З. А. Джандосова, 36 часов)
  • Изменение этнической карты Центральной Азии в конце XIX–ХХ вв. и современная этническая проблематика региона. (З. А. Джандосова, 32 часа)
  • Кавказ и Великая Степь в раннем средневековье (С. Г. Кляшторный, 36 часов)
  • Северный Кавказ в составе Хазарского каганата (С. Г. Кляшторный, 32 часа)
  • Исторические деятели центрально-азиатских государств XIII–XIX вв. (Т. И. Султанов, 36 часов)

Языки:

  • Классическая языковая подготовка: персидский; турецкий, староосманский, чагатайский; арабский
  • Специальная языковая подготовка: азербайджанский, армянский, грузинский, узбекский, таджикский, казахский. 

Изучение истории Туркестана и Центральной Азии в Санкт-Петербурге началось в первой трети XIX в. Это стало возможным благодаря богатым коллекциям восточных рукописей и монет, собранным на факультете восточных языков Санкт-Петербургского Императорского Университета и в Азиатском музее Академии наук. Среди пионеров изучения Средней Азии были такие выдающиеся ориенталисты, как Х. Д. Френ (1782–1851), П. Савельев (1814–1859), Б. Дорн (1805–1881), В. В. Григорьев (1816–1881) и В. Вельяминов-Зернов (1830–1904).

Во второй половине XIX в. интерес к Средней Азии и Туркестану значительно возрос в связи с колониальной экспансией России и включением региона в состав империи. Расцвет этого направления отечественного востоковедения связан с именем академика В. В. Бартольда (1869–1930), чьи многочисленные труды, охватывающие почти все области центрально-азиатских (среднеазиатских) исследований, сформировали петербургскую школу туркестанистики и являются доказательством ее неразрывной связи с иранистикой и тюркологией.

Кавказское направление на Восточном факультете активно развивалось с середины XIX в., прежде всего благодаря стараниям выдающегося востоковеда М.-Дж. Топчубашева и декана факультета В 1855–1861 гг., члена-корреспондента Академии наук Мирзы Казембека. В дальнейшем, на рубеже XIX и XX веков, оно было представлено филологическими программами. Были открыты азербайджанское, грузинское и армянское отделения. Наиболее выдающимся представителем кавказоведения в этот период был академик Н. Я. Марр (1864–1934). В дальнейшем весомый вклад в данную отрасль востоковедения внес академик И. А. Орбели (1887–1961), который в 1955 г. возглавил Кафедру истории Ближнего Востока.

В последующие годы изучение Центральной Азии и Кавказа в Петербургском (Ленинградском) университете было практически прекращено. Основные учебные программы и курсы стали преподаваться в университетах союзных республик Средней Азии и Закавказья. Что касается петербургско-ленинградской научной школы, то в последние десятилетия существования СССР среднеазиатские исследования (часто достигавшие выдающихся результатов) были сосредоточены на археологии (В. Массон, А. Мандельштам, Б. Маршак, Евгений и Тамара Зеймаль) этнографии (Н. Кисляков, А. Розенфельд, В. Курылев) и лингвистике (В. Лившиц, И. Стеблин-Каменский), тогда как изучение средневековой, новой и новейшей истории считалось прерогативой национальных республик. 

В условиях новой геополитической реальности, возникшей в связи с распадом СССР и появлением независимых государств в Центральной Азии и на Южном Кавказе, в России возникла потребность в подготовке высококвалифицированных экспертов по Центральной Азии и Кавказу. Поэтому в 1996 г. изучение Центральной Азии и Кавказа в Санкт-Петербургском университете было возобновлено. Процесс восстановления бартольдовских исследовательских и преподавательских методов, базирующихся на глубоком знании классических восточных языков и истории региона, происходит параллельно процессу изменений в историографии новых независимых государств Центральной Азии и Кавказа, где восстановлению и переоценке подвергаются национальные ценности, культуры и традиции.

В настоящее время на кафедре Центральной Азии и Кавказа, наряду с курсом всемирной истории и другими общефакультетскими дисциплинами по специальности историк-востоковед, читаются курсы по истории, географии, этнографии, культуре и литературе, религии, современному политическому и экономическому положению стран Центральной Азии и Кавказа. Основной упор делается на изучение истории, однако география и этнография рассматриваются как важные базовые дисциплины, без которых понимание истории невозможно. Построение курсов основано на представлении о том, что Центральная Азия, как и Кавказ, — это цельные регионы с общей историей, причем тесно связанные с соседними цивилизациями (Передняя Азия, Россия, Китай).

Таким образом, кафедра предпочитает региональный подход рассмотрению отдельно взятых местных «историй». Следуя этому подходу, восходящему к идеям академика Бартольда о фундаментальной востоковедной подготовке историка-среднеазиатоведа, студенты отделения истории Центральной Азии изучают, прежде всего, классические языки мусульманского Востока, т.е. персидский, турецкий и арабский (в разных комбинациях, причем обязательным является изучение двух из этих языков), и получают широкие знания по истории региона. Под руководством преподавателей студенты знакомятся с важнейшими письменными источниками по истории Центральной Азии, Кавказа и Ирана и учатся читать и понимать средневековые восточные тексты. В дополнение к базовым историческим курсам, преподаватели кафедры предлагают студентам разнообразные специальные курсы и семинары. В связи с повышенным интересом студентов к новейшей истории и современному положению в Центральной Азии и на Кавказе постепенно вводится изучение дополнительных специальных курсов и восточных языков — таджикского, узбекского и казахского.

Для изучения Кавказа с позиции традиционного российского востоковедения следует иметь в виду, что, несмотря на этническую и конфессиональную разделенность, Кавказ вместе с тем являлся и является единым регионом, где в течение без малого полутора тысячелетий сосуществуют и активно воздействуют друг на друга два цивилизационных ареала, порожденных его положением на стыке между Азией и Европой.

Начиная с раннего средневековья, основными источниками для изучения истории и культуры Кавказа все более становятся материалы на арабском, персидском и турецком языках. Для северной части ареала и Азербайджана эти материалы, помимо русских документов (начиная с XVII–XVIII вв.), имеют определяющее источниковедческое значение, а для Армении и Грузии они не менее важны, чем источники на языках этих стран.

Учитывая неразрывные связи истории Кавказа как с историей Ближнего и Среднего Востока, так и с историей Ближнего и Среднего Востока, так и с историей России и специфику кавказоведческих исследований, ее ориентированность на мусульманский мир, подготовка студентов-кавказоведов базируется на изучении одного из трех классических литературных мусульманских языков, — арабского, или персидского, или османско-турецкого, — а также азербайджанского, армянского и грузинского языков; набор групп студентов будет производиться со специализацией «история Кавказа», «История Кавказа (Азербайджан)», «История Кавказа (Армения и Грузия)» с преподаванием соответствующих отделению языков, дисциплин и спецкурсов. 

Опубликовано в Кафедры

История Центральной Азии

Понедельник, 13 февраля 2017 18:04

О регионе

В самом сердце гигантского евразийского континента лежит обширный, охватывающий территорию нескольких стран, регион — Центральная Азия. В более расширенном понимании его называют также Центральной Евразией, а в более узком — Средней Азией или Туркестаном. Этот регион включает в себя зоны ковыльных степей, соленых полупустынь, барханных пустынь и высоких гор, поднимающихся до самой «Крыши Мира». Почти все реки в Центральной Азии не доходят до океана и либо заканчиваются в озерах, либо иссякают в песках. Летом здесь жарко и сухо, зимой морозно и ветрено — царит резко континентальный климат. Городская и оседло-земледельческая жизнь издревле тяготеет к оазисам, предгорьям и межгорным долинам, а на безбрежных просторах степей и пустынь еще сто лет назад, как и тысячу, и две, и три тысячи лет назад, не мог жить никто, кроме их хозяев — кочевников-скотоводов (сначала иранцев, а впоследствии тюрков).

История этого региона очень богата событиями и уходит корнями в глубокую древность. Расположение между тремя древними цивилизациями — переднеазиатской, индийской и китайской — с давних пор определяло транзитный характер Центральной Азии: именно через ее территорию, по ее караванным тропам, фигурально определяемым как Великий Шелковый путь, шел между древними культурными центрами обмен товарами, идеями, изобретениями, формами искусства. Но это не мешало и собственному развитию: в оазисах Южной Туркмении еще во втором тысячелетии до нашей эры, а в зоне Среднеазиатского Междуречья, образованного великими реками Амударьей и Сырдарьей, в начале первого тысячелетия до нашей эры возникли города и появилась городская жизнь. Земледелие, ремесло и торговля процветали в Маргиане, Хорезме, Согде, Бактрии, Фергане и других областях. Постоянным был на протяжении тысячелетий и плодотворный оседло-кочевой диалог — диалог Ирана и Турана. О древней эпохе Центральной Азии мы знаем из древнеиранских, античных и китайских письменных источников, а также из данных археологии, эпиграфики, нумизматики и других вспомогательных исторических дисциплин.

В начале Новой Эры началась эпоха Великого Переселения Народов, и иранский культурный ландшафт стал постепенно, хотя и не повсеместно, вытесняться тюркским: волны тюркских кочевников, век за веком прибывавшие из глубин континента, привели к тому, что центральноазиатская степь получила к рубежу I и II тысячелетий имя Кипчакской (Дашт-и Кипчак, по имени одного из тюркских племен), т. е. Поля Половецкого русских источников. Тогда же возникло и название Туркестан в значении «страна обитания тюрков»; с течением времени оно распространилось почти на весь регион. Так называли Центральную Азию арабы и персы после того, как она была включена в состав мусульманской империи — Халифата — и начался процесс ее исламизации. Свое название дали мусульмане и Среднеазиатскому Междуречью, назвав его Заречьем — Мавараннахр. Средневековая история Мавараннахра хорошо известна благодаря изобилию письменных источников на восточных языках, главным образом на персидском. 

В Раннем Средневековье древние культурные центры региона — Хорезм, Согд, Балх (Бактрия), Мерв (Маргиана) — обрели второе дыхание, стали не только центрами оседло-земледельческой и торговой жизни, но и центрами исламской религии, культуры и искусства. С этим регионом, в эпоху существования Государства Саманидов (X в.) связан подъем иранской культуры и начало классического периода персидской литературы. На особое место выдвинулись к этому времени главные города Согда, Бухара и Самарканд, став на целую тысячу лет стольными городами Мавараннахра. Храня многочисленные архитектурные шедевры, эти древние города являются сегодня притягательными пунктами для туристов разных стран. 

В XIII в. и Мавараннахр, и Дашт-и Кипчак вошли в состав величайшей в истории человечества континентальной империи — Великого Монгольского Улуса, а после ее распада — в разные монгольские и тюркские государства, бывшие наследниками империи Чингисхана. Завершилась же монгольская эпоха возникновением в Центральной Азии, со столицей в Самарканде, могущественной империи Тамерлана (эмира Тимура), прославленного завоевателя и государственного деятеля, имя которого известно каждому школьнику.

Позднесредневековый период истории Центральной Азии, начавшийся в XVI в., характеризуется постепенным экономическим и культурным упадком региона. Это было связано с утратой того транзитного статуса, который на протяжении не только веков, но и тысячелетий поддерживал огонь в этом очаге. После открытия морского пути в Индию и Великий Шелковый путь, и внутриконтинентальная караванная торговля перестали играть важную роль. Центральноазиатские государства (Бухарское ханство/Бухарский эмират, Хивинское ханство, Кокандское ханство), погрязнув в междоусобных войнах, стали в буквальном смысле мельчать, порой «до размера арка (цитадели)», и отставать в военно-техническом отношении от ведущих держав мира. Это обусловило их поражение в борьбе с более сильным и могущественным противником и вхождение в состав Российской империи (Бухарского и Хивинского ханств — в качестве протекторатов) в XIX в., а затем и ее наследника — СССР. 

В 1924 году советское правительство провело т.н. «национально-территориальное размежевание» Советского Туркестана/Средней Азии, в результате чего на политико-административной карте СССР появились новые республики — Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Таджикистан и Киргизия. По конституции 1936 года все они обрели статус союзной республики, что позволило им обрести полную государственную независимость после распада СССР в 1991 году. В 1990-х годах новые независимые государства региона предпочитают именовать его Центральной, а не Средней Азией.

История изучения региона

Интерес к Туркестану/Средней Азии в молодой русской востоковедной науке проявился в первой трети XIX в. Санкт-Петербург стал ведущим центром туркестанистики благодаря богатым коллекциям восточных рукописей и монет, собранным на нашем факультете — факультете восточных языков Санкт-Петербургского Императорского Университета, а также в Азиатском музее Академии наук (ныне — Институт восточных рукописей РАН). Среди пионеров изучения Средней Азии были такие выдающиеся ориенталисты, как Х. Д. Френ (1782–1851), П. Савельев (1814–1859), Б. Дорн (1805–1881), В. В. Григорьев (1816–1881) и В. Вельяминов-Зернов (1830–1904).

Во второй половине XIX. интерес к Средней Азии и Туркестану значительно возрос в связи с колониальной экспансией России и включением региона в состав империи. Расцвет этого направления отечественного востоковедения связан с именем академика В. В. Бартольда (1869–1930), чьи многочисленные труды, охватывающие почти все области центральноазиатских (среднеазиатских) исследований, сформировали петербургскую школу туркестанистики и являются доказательством ее неразрывной связи с иранистикой и тюркологией.

В советское время изучение Центральной Азии в нашем университете было практически прекращено. Основные учебные программы и курсы стали преподаваться в университетах союзных республик — Казахстана и Средней Азии, где возникли собственные востоковедные школы. Что касается петербургско-ленинградской научной школы, то в последние десятилетия существования СССР среднеазиатские исследования (часто достигавшие выдающихся результатов) были сосредоточены на археологии (В. Массон, А. Мандельштам, Б. Маршак, Евгений и Тамара Зеймаль), этнографии (Н. Кисляков, А. Розенфельд, В. Курылев) и лингвистике (В. Лившиц, И. Стеблин-Каменский), тогда как изучение средневековой, новой и новейшей истории считалось прерогативой национальных республик. 

В условиях новой геополитической реальности, возникшей в связи с распадом СССР и появлением независимых государств в Центральной Азии и на Южном Кавказе, в России возникла потребность в подготовке высококвалифицированных экспертов по Центральной Азии и Кавказу. Поэтому в 1996 г. изучение Центральной Азии и Кавказа в Санкт-Петербургском университете было возобновлено. Процесс восстановления бартольдовских исследовательских и преподавательских методов, базирующихся на глубоком знании классических восточных языков и истории региона, происходит параллельно процессу изменений в историографии новых независимых государств Центральной Азии и Кавказа, где восстановлению и переоценке подвергаются национальные ценности, культуры и традиции.

О кафедре

В настоящее время на кафедре Центральной Азии и Кавказа, наряду с курсом всемирной истории и другими общими дисциплинами по специальности «историк-востоковед», читаются курсы по истории, географии, этнографии, культуре и литературе, религии, современному политическому и экономическому положению стран Центральной Азии. Основной упор делается на изучение истории, однако география и культурная антропология (этнография) рассматриваются как важные дисциплины, без которых понимание истории невозможно. Построение курсов основано на представлении о том, что Центральная Азия — это цельный регион с общей историей, причем тесно связанный с соседними цивилизациями (Передняя Азия, Россия, Китай).

Таким образом, кафедра предпочитает региональный подход рассмотрению отдельно взятых местных «историй». Следуя этому подходу, восходящему к идеям академика Бартольда о фундаментальной востоковедной подготовке историка-среднеазиатоведа, студенты отделения истории Центральной Азии изучают, прежде всего, классические языки мусульманского Востока, т. е. персидский, турецкий и арабский (в разных комбинациях, с обязательным изучением двух из этих языков), и получают широкие знания по истории региона. Под руководством преподавателей студенты знакомятся с важнейшими письменными источниками по истории Центральной Азии, Кавказа и Ирана и учатся читать и понимать средневековые восточные тексты. Кроме того, преподаватели Кафедры предлагают студентам разнообразные специальные курсы и семинары. В связи с повышенным интересом студентов к новейшей истории и современному положению в Центральной Азии введено изучение дополнительных восточных языков — таджикского и узбекского (в перспективе — казахского).

Преподаватели кафедры

Возглавляет центральноазиатское направление на кафедре ее бессменный заведующий, крупнейший специалист по средневековой истории региона, доктор исторических наук, профессор Турсун Икрамович Султанов. Профессор Султанов читает базовые (введение в специальность, древняя и средневековая история) и специальные курсы, проводит семинары по истории монгольских и тюркских государств средневековья, по книжной культуре народов Туркестана.

Кандидат исторических наук, доцент Заринэ Алиевна Джандосова читает базовые курсы по географии, новой и новейшей истории региона и специальные курсы по проблемам новой и новейшей истории, а также преподает персидский и таджикский языки.

Старший преподаватель Татьяна Владиславовна Моносова читает курсы по культуре и этнографии, а также литературе Центральной Азии, а также является ведущим преподавателем персидского языка.

Ассистент Екатерина Александровна Болашенкова (выпускница кафедры) читает специальные курсы и преподает персидский язык.

Преимущества обучения

Турецкий и узбекский языки студентам кафедры преподают преподаватели Кафедры тюркской филологии, арабский язык — преподаватели кафедры арабской филологии. 

Сложность обучения такой комплексной специальности, как востоковедение, а также специфика изучения восточных языков обуславливают малое число студентов в учебных группах. Набор на отделение Центральной Азии (в группу из 5–7 человек) проводится обычно раз в два года. После четырех лет обучения в бакалавриате лучшие студенты поступают в кафедры магистратуры по избранным им направлениям.

За двадцать лет существования кафедры Центральной Азии и Кавказа (первый выпуск магистрантов — 2001 г.) центральноазиатское отделение окончило около 40 человек. Не менее 10 из них после этого остались в науке и защитили кандидатские диссертации. Выпускники Кафедры работали и продолжают работать в таких научных учреждениях Санкт-Петербурга, как Институт восточных рукописей, Музей антропологии и этнографии (Кунсткамера), Государственный Эрмитаж и Восточный факультет СПбГУ. 

Немало выпускников кафедры связали свою судьбу с т. н. практическим востоковедением, став переводчиками с персидского, турецкого или арабского языков, причем некоторые из них в настоящее время работают в странах изучаемых языков.

Отделения

  • История Китая (Тибет)
  • История Монголии
  • История Монголии и Тибета
  • Монголо-тибетская филология
  • Монгольская филология 
  • Тибето-монгольская филология 

Теоретические курсы

  • Введение в монгольскую филологию
  • Введение в специальность (история Монголии)
  • Введение в специальность (история Тибета)
  • Введение в тибетскую филологию
  • География Центральной Азии
  • Историография и источниковедение истории Монголии
  • Историография и источниковедение истории Тибета
  • История идеологических учений Востока
  • История монгольской литературы
  • История тибетской литературы
  • История Центральной Азии
  • История Центральной Азии в древности
  • Культура и этнографии Монголии
  • Культура и этнографии Тибета
  • Социально-политическая система и экономика Монголии
  • Социально-политическая система и экономика Тибета
  • Средневековая монгольская литература
  • Теоретическая грамматика монгольского языка
  • Буддизм в Тибете и Монголии
  • Искусство Центральной Азии
  • Лингвистический анализ монгольского текста
  • Монгольская текстология
  • Монгольские переводы с тибетского
  • Монгольские средневековые ритуальные тексты
  • Монгольский синтаксис (генеративный подход)
  • Монгольское источниковедение
  • Проблемы истории Тибета в конце XX – начале XXI вв.
  • Тибетская грамматическая терминология
  • Тибетский исторический текст XVII-XVIII вв.

Языки

  • Монгольский язык (современный, старописьменный)
  • Тибетский язык (современный, классический)
  • Ойратский язык 

Кафедра монголоведения и тибетологии является одной из старейших на Восточном факультете Санкт-Петербургского университета. Она была основана еще в Казанском университете в 1833 году. Ee пepвым заведующим стал выдающийся востоковед, член-корреспондент Петербургской академии наук О. М. Ковалевский (1800/01−1878). После открытия Восточного факультета в Санкт-Петербургском университете в 1855 г., кафедра монгольского и калмыцкого языка входила в монголо-калмыцко-маньчжурский разряд. Первым заведующим кафедрой стал А. В. Попов (1808−1865), ранее занимавший должность профессора кафедры калмыцкой словесности Казанского университета.

На кафедре работали такие выдающиеся монголоведы, как К. Ф. Голстунский, Г. Гомбоев, А. М. Позднеев, В. Л. Котвич, А. Д. Руднев, Б. Я. Владимирцов, Н. Н. Поппе, А. В. Бурдуков, К. М. Черемисов, Ц. Ж. Жамцарано, Б. Барадийн. Их многочисленные труды являются классикой отечественного и мирового монголоведения. Собранная ими в течение XIX−нач. XX веков коллекция рукописей и ксилографов на монгольском и тибетском языках является гордостью Восточного отдела Научной библиотеки СПбГУ им. М. Горького.

В период после Великой Отечественной войны на кафедре преподавали академик С. А. Козин, Т. А. Бурдукова, Д. А. Алексеев, Л. С. Пучковский, Б. И. Кузнецов, Л. К. Герасимович, З. К. Касьяненко, Е. А. Кузьменков. 

B 2008 гoду кaфедра монгольской филологии была преобразована в кафедру монголоведения и тибетологии.

В настоящее время на кафедре работают: К. В. Алексеев, П. Л. Гроховский, Б. М. Нармаев, М. П. Петрова, А. В. Попов, M. О. Cмирнова, В. Л. Успенский, Н. С. Яхонтова.

Специалисты кафедры монголоведения и тибетологии пользуются заслуженным авторитетом в таких областях востоковедения, как средневековая и современная монгольская и тибетская литература, история и историография Монголии, литература тибетского буддизма, лингвистика. Многие известные современные монголоведы и тибетологи России, которые работают в Санкт-Петербурге, Москве, Калмыкии, Бурятии, Туве являются выпускниками кафедры.

Опубликовано в Кафедры
Наверх